Лондонская осень навевала особенную, английскую тоску. Трудно спорить с веселым безумцем Уайльдом — у туманного острова и его жителей редкий дар: превращать вино в воду, а нежную грусть осени — в прохладное оцепенение. Невысокий человек в модной шляпе и длинном пальто придирчиво стучал тростью по мостовой в такт широким шагам. Ему было не по себе в этом огромном заповеднике хороших манер, и он развлекал себя, как мог. Подмигивал встречным дамам, низко кланялся полицейским в забавных шлемах, демонстративно переходил улицу перед самым носом кэбов, искренне радуясь негодованию возничих и пассажиров. Человек приехал из Америки и ему было очень скучно. Безнадежно резвясь таким нехитрым образом, мужчина дошел до заставленной статуями широкой площади. И, наконец, нашел что-то яркое в этом унылом городе.

Рядом с блеклым фонтаном пристроилась тумба, оклеенная цветными афишами. Поигрывая тростью, мужчина принялся придирчиво их разглядывать. Львиная доля плакатов гласила, что завтра, в каком-то «холле», состоится демонстрация невероятных возможностей человеческого тела «знаменитым», «великолепным» и «волшебным» Гудини. Человек недовольно нахмурился, изучая портрет «великолепного». С эпитетами не поспоришь, но вот на художнике могли бы и не экономить. У Гарри, конечно, длинный нос, но местному творцу явно позировал Пиноккио. И волосы у него совсем не такие. И вообще, портрет отвратительный!

Настроение испортилось окончательно, к тому же он устал от непривычно долгой прогулки. Иллюзионист вздохнул и направился в ближайший парк — под уютные кроны засыпающих на зиму буков, где можно спокойно посидеть на скучной английской скамейке, глядя на скучную английскую реку. Вообще-то ему надо было готовиться в своем «люксе» к «демонстрациям невероятных возможностей», но возвращаться не хотелось. В отеле было еще противней, чем на улице. 

Гудини задремал, но совсем ненадолго. Сладкие грезы фокусника прервали ужасающие и невыносимо громкие звуки. Вскочив на ноги, он быстро выяснил, что источник скрипа и визга — присевший рядом мужчина в нелепой шляпе и дорожном плаще. Он играл на скрипке. Слово «играл» можно было применить к данному действу лишь из вежливости, поскольку надрывные стоны, издаваемые несчастным инструментом, запросто могли принадлежать дерущимся котам. Заметив, что сосед больше не спит, мужчина закончил музицировать, приподнял шляпу, и вежливо сказал: 
— Добрый день. Вы, я вижу, проснулись. 
— Разумеется, — кивнул иллюзионист, — у меня не было выбора! Добрый день.
Странный англичанин закурил трубку и хитро посмотрел на собеседника.
— Хотите, я скажу, кто вы?
«Ну вот, — подумал «волшебник», — отдохнул. Еще один ненормальный поклонник. И это здесь — в чопорной Англии!».
— Не стоит, — ответил он сдержанно, — к тому же, вряд ли вы сообщите мне что-нибудь новое.  
— Вы меня не поняли, — досадливо поморщился провидец, — мне срочно надо испытать свой метод!
— Метод?
— Да. Я назвал его «дедукцио». Но все почему-то отказываются! Вы мне показались достойной кандидатурой.
— Что вы, что вы, такая честь, — пробормотал знаменитый американец.
— Что-что?
— Ничего! И не надо на мне ничего испытывать. Мне пора. Извините и прощайте.

— Подождите! Вы не понимаете, от чего отказывайтесь! Это же так интересно! — выкрикнул «скрипач», причем глаза у него нехорошо заблестели. 
«Сумасшедший! — решил Гудини, — надо немедленно звать «бобби»! Конечно, можно и самому обойтись, но скандалы перед премьерой мне ни к чему».

— Успокойтесь, пожалуйста, — обратился он к ненормальному максимально дружелюбным голосом, —  иначе я позову полицейского. И отпустите мой рукав.
Псих расслабился, убрал руку, откинулся на жесткую спинку. 
— Не хотите — не надо. Зачем же так нервничать? Для человека вашей профессии это опасное и ненужное качество.
— Хорошо. Будем считать, что вы меня заинтриговали, хотя это и не так. Вы сейчас скажете, чем я занимаюсь, я скажу, угадали вы или нет, и пойду своей дорогой. По рукам? Кстати, а почему вы решили, что кому-нибудь будет интересно это ваше «дедукцио»? Никто не любит назойливых идиотов, поверьте мне на слово.
— О, что вы! Со временем это станет интересно миллионам! Мой метод позволяет узнать о человеке все или почти все. Это чрезвычайно полезно, особенно при раскрытии тяжких преступлений.
Расслабившийся было Гудини снова насторожился:
— Вы согласны на мои условия или нет? – довольно холодно спросил он англичанина.
— Согласен. Но если я угадаю…
— Никаких «если»! Говорите.
— Вы — иллюзионист. Правильно?
— Да.

Великий фантазер и мистификатор слегка растерялся. Конечно, скрипач мог и афишу видеть, и в газете статью прочитать, но чтобы узнать его вот так, на улице, без сценического костюма и грима? Плюс его портреты на плакатах, скажем прямо, очень далеки от реальности.
— Откуда вы знаете? — недоверчиво пробормотал маг.
— Это элементарно! Ваши руки. Это руки человека творческого — несомненно. Но! Какая сила, ловкость. Как вы сжимаете трость! Для пианиста у вас слишком сильные пальцы, для художника — руки слишком чистые. Вы могли бы быть профессиональным карманником, но так хорошо одеты…

— Из этого вовсе не следует…
— Конечно, это не все! Я и не собираюсь раскрывать вам все секреты моего метода. Но я прав — это главное. Хотите, я расскажу, откуда вы приехали? Вы же не англичанин.
— Это вы тоже по рукам узнали? — съязвил Гудини. 
Роль ярмарочного дурачка ему не нравилась. Что, черт возьми, происходит?! Это он должен наводить таинственность, а не этот английский пижон! 
— И по рукам в том числе. Вы приехали из Америки. Национальность? Вы немного похожи на валлийца, но — нет. Итальянец? Возможно. Но, вероятнее всего, вы еврей. И, хотя давно живете в Штатах, вы не уроженец этой страны.
— Ничего подобного, — неуверенно защищался фокусник, — я родился в Висконсине!
— Нет. Вы родились где-нибудь в Восточной Европе!
Гудини вскочил и нервно прошелся перед скамейкой.
— Дальше!

Приходилось признать, что странный тип угадал слишком многое, чтобы считать это простым совпадением.
— Дальше? Вы приехали на гастроли, гуляете по городу без определенной цели. Вам невыносимо скучно.
— Это и так понятно. Здесь и не может быть по-другому — только скучно. Расскажите что-нибудь интересное! Например, как я умру. Можете?
— У нас не спиритический сеанс, а я не предсказатель будущего. Кстати, очень возможно, что вы большой поклонник таких мероприятий. Но могу предположить, что вас погубит профессия. Какой-нибудь нелепый несчастный случай. А теперь задайте вопрос по существу.
— Как вы все это узнали? Вы точно не медиум? Настоящий, я не имею в виду мошенников! То, что вы сказали — правда, но знают ее очень немногие. Это просто поразительно!
— Как я уже говорил, мой метод «дедукцио»…
— Звучит, как балаганное заклинание!
— Тем не менее. По многим, почти незаметным признакам, я могу определить род занятий, происхождение, тип характера человека. Это очень важно для моей работы. Я, видите ли, сыщик. А теперь извините, мне пора. Злодеи не дремлют. Да и мой ассистент будет волноваться. Чрезвычайно ранимый и обидчивый тип! Благодарю вас за неоценимую услугу, оказанную мне лично и всему человечеству!
Гудини рассеянно раскланялся с незнакомцем и снова присел на скамейку. 
— Да, не такой уж и скучный город, — изумленно прошептал он, — как там сказал этот тип? «Дедукцио»! Поразительно! Надо рассказать Артуру, он будет в восторге. Жаль, что не спросил имени этого сыщика…

В четырех кварталах от парка странный англичанин сел в кэб, уже занятый одним пассажиром.
— Шерлок! — приветствовал тот новоприбывшего. — Рассказывай, я весь в нетерпении! 
Так удививший Гудини мужчина не спеша раскуривал трубку, несмотря на горячее любопытство собеседника.
— Все прошло замечательно, Артур. Он поверил каждому моему слову.
— Прекрасно! Представляю, что он мне расскажет! А какие у него будут глаза! Главное — не рассмеяться раньше времени. Ты не забыл упомянуть о своем методе? Как там его…
— Дедукцио!
— Вот-вот. 
— Конечно, я рассказал о нем. Он был весьма заинтригован. Расспрашивал, пытался выяснить детали. Но я, конечно, обошелся без подробностей.
— Гарри ничего не заподозрил?
— Нет, я могу быть очень убедительным, ты же знаешь.
— Огромное тебе спасибо, Шерлок! Я не забуду твоей услуги. Давно хотел сбить спесь со своего надутого американского друга. Не все ему одному водить людей за нос! И, знаешь, мне совершенно не стыдно. Он же вечно жалуется, что ему скучно в пресной Англии. Вот и развлекся!
— И тебе спасибо, Артур. Это была прекрасная возможность проверить мой метод. Блестяще работающий метод!
— Конечно, конечно, — подозрительно легко согласился Конан Дойл.
— Перестань, Артур! На этот раз я абсолютно уверен!
— Ну-ну, Шерлок, не увлекайся. Ведь это я рассказал тебе про Гарри, Америку и все остальное.
— Но я и сам мог бы угадать, правда! — загорячился мистер Холмс. — Я читал его, как открытую книгу!
— Не волнуйся. Я тебе верю. Мы приехали. Пожалуйста, никуда сегодня не выходи, с тебя достаточно прогулок. Доктор Уотсон зайдет как обычно — в шесть. Обязательно прими лекарства. Не забудь напомнить миссис Хадсон, чтобы на ночь спрятала скрипку, соседи опять жаловались. И никакого морфия, слышишь, Шерлок? Никакого морфия! Ты мне обещал. Ну, прощай, тебе пора.

Когда мистер Холмс скрылся за тяжелой дверью серого двухэтажного дома, терявшегося среди своих близнецов на Бейкер-стрит, писатель грустно вздохнул. 
— Мой бедный «сыщик». Мне так неловко, что я тебя использовал. Но ничего, я обязательно искуплю свою вину. Обещаю, что за эту маленькую услугу я подарю тебе подлинное бессмертие. Дедукцио! Прекрасная идея…

Автор: @Oleg_Screenwriter