Она смотрит в окно, замерев на подоконнике, напоминая заколдованную морозом фарфоровую куклу. А на зимней улице, под сокрушающими ударами его неожиданной и горячей откровенности, ломался и таял лед.
— Как давно мы знакомы, год? Нет, больше года, год и четыре месяца. Видишь, я помню! Я помню…Жизнь, судьба, боги и черти подарили мне возможность видеть тебя все эти шестнадцать прекрасных, волшебных, невероятных месяцев! Не очень часто, раз в неделю, но я бываю счастлив! Знаешь, это так странно и интересно – быть счастливым только пятьдесят раз в году. Как удар скальпелем под левое подреберье. Резкое, ноющее счастье! Среди серой анестезии, преследующей меня в остальные дни…
Заклятье спало, она закурила – скучно и некрасиво. Царапнула холодным хрусталем из-под каштановой челки.
— Ты говоришь, как доктор.
Голос ее вязкий и томный, но с таящимся хрипловатым нервом-зверьком, всегда готовым ударить, ужалить, укусить. 
— Нет, что ты! — мягко улыбается он, — Скорее как пациент, излеченный тобой от долгой болезни. От иллюзии, что любви нет. Знаешь, что самое страшно в иллюзиях? То, что они становятся реальностью. 

Она молча курит, только по-кошачьи кутается в серую кофту, как будто по маленькой комнатке прогулялся январский ветерок, играющий за окном с веселыми снежинками. 
— И, знаешь, я доверяю тебе. Это очень важно – верить. Знать точно, наверняка! Пусть это банально и не модно, но я знаю, что чувствовать полное доверие – одно из высших наслаждений. 
— Доверять можно только в одном случае, — тихо возражает она.
— В каком? Самому себе?
— Нет. Верить можно только человеку, которого хорошо знаешь. Тогда ты точно знаешь, когда он врет, а когда — нет.
— Я доверяю тебе, потому что люблю…
Она отвечает не сразу: смотрит на часы, раздраженно тушит сигарету в старой пепельнице.

— Время истекло. Или я ухожу, или плати за следующий час.

Автор: @Oleg_Screenwriter