Шторм не унимается. Яхту бросает по волнам, как пробку. Это, оказывается, не литературный оборот – «Эльф» действительно напоминает беспомощный, легкий кусочек дерева, целиком зависящий от ветра и волн. Чувствую себя, как на американских горках. Господи, кошмар длится почти сутки! Радио и телефоны не работают, читать невозможно. В каюту ввалился пьяный босс, попытался поднять мне настроение: «Настоящее карибское приключение! Первый в твоей жизни шторм! Вспомни, что ты мужчина, а не бухгалтер!». Проспиртованный идиот. Как я его ненавижу! Чувствую себя в ловушке…

Интересно, кто из них призвал меня? Кто способен настолько ненавидеть себя и окружающих, чтобы привести женщину на корабль? Мертвую женщину…

Я не знаю, зачем выбрался на палубу. Там опаснее и еще страшнее, чем в проклятой каюте. Как будто море призвало меня. Шторм не прекращается третьи сутки, напротив, он стал сильнее! Ужасное, но грандиозное зрелище. Гигантские волны играют яхтой, как щепкой. Ветер не просто воет – он поет, поет свои жуткие песни. Огни святого Эльма на чудом уцелевших мачтах. Небо черное, а вода похожа на кипящее молоко. Вот что такое шторм! Бог показывает зарвавшимся насекомым свое величие. В каюту меня затащили, я отбивался, как припадочный. Оказывается, я пробыл на палубе почти полчаса. Но как?! Отпаивали коньяком. Все пьяны, кроме капитана. Этот смотрит волком, почти не разговаривает. Странный тип. Я слышал, как он сказал боссу: «С нашим кораблем плохо. С пассажирами такое случается». Вот оно что. И техника по-прежнему не работает.

Это Феникс, слуга главного мерзавца! Как в таком тощем теле помещается столько злобы, столько черной силы? Бедняга, он боится и недоумевает вместе с остальными! Если бы он только знал, кто истинный виновник всех несчастий. Я сильна, как никогда. Мой шторм идеален, совершенен, а совершенство бесконечно…

Как им удается делать вид, что ничего не происходит? Снова выбирался на палубу. Фантасмагория! Небо сливается с морем, между волнами может поместиться несколько футбольных полей, высота же их просто непостижима. Нас подбрасывает к тучам и снова неведомая сила обрушивает яхту в пучину. Чудо, что «Эльф» еще цел! Сколько я продержался, не знаю. Часы встали. Самое отвратительное, что я не заметил — когда? На циферблате семь часов. Утра или вечера? На обратном пути наткнулся на капитана. Он стоял ко мне спиной. Позвал по имени, тот шарахнулся, как от чумного. Но я заметил в его руке компас. Стрелка вращалась, как сумасшедшая. Часы, компас, приборы, телефоны…Пошел к боссу. У него в каюте все пьяны в стельку. Пир во время чумы. Не простой это шторм, как вы еще не поняли? Капитан не пьет, а нескольких матросов я видел только в день отплытия. Поймал себя на громком, неконтролируемом смехе. Босс испугался, потянулся к оружию. Я захлопнул дверь. Ненавижу!

Я могу утопить их прямо сейчас, но безумно интересно, до какой степени деградации дойдут эти люди, особенно это мелкое ничтожество – Феникс. Его ненависть намного сильнее, чем я думала. Это что-то невероятное. Я потопила немало кораблей, на которые меня призывали подобные людишки, но этот парень даст фору любому из них. Я просто обязана выяснить природу такого сильного чувства, это может пригодиться и в будущем. Надо создать воронку, вот тогда они у меня взвоют по-настоящему…

Смешно наблюдать, как люди, привыкшие контролировать все, впадают в отчаяние и опускаются на дно. Ха-ха! В прямом и переносном смысле. Все только спят и пьют, за исключением капитана. Босс молчит, все это уже давно перестало казаться ему веселым приключением. Сколько длится наше заточение? Какими уверенными были эти люди всего неделю (месяц, год) назад! С какой помпой покидали мы обворованную страну. За все заплачено. Помню газеты: «Суарес уезжает из-за политических преследований». О, да! Наш Хуан тот еще политик! И понеслось: Милан, Ницца, Флорида, Куба — бизнесмен отдыхает перед большим новым делом, которое начнет в Париже или Лондоне. Только начнет ли? Где он, этот знаменитый человек? То, что от него осталось, валяется в каюте в луже текилы. Чтобы понять собственную ничтожность, достаточно выйти в море. Ну, а я? Как я оказался здесь? Разве это моя судьба? Я был хорошим, честным ребенком. Мама говорила, что я даже не трогал игрушки друзей. Чужое! Нельзя! Как я докатился до «правой руки мега-вора»? Как я мог променять солидную должность в офисе на свиту этого мошенника? Господи, как я их всех ненавижу! Мне здесь не место. Море взбесилось окончательно, вокруг только черная мгла и какие-то чудовищные молнии. Мы все умрем…

Забавно, что сломались все, кроме капитана и этого маленького бухгалтера Феникса. Ненависть придает ему силы. Осознай он сейчас, что это его черная душа призвала меня, и корабль можно было спасти. Феникс силен, чудовищно силен! Но тщетно, он никогда не поймет. Они умрут…

Я сломался и пью. Несколько дней? Скажем так: несколько бутылок. Выползал на палубу, видел мертвого парня, видимо, матроса. Бедняга приложился головой о какую-нибудь железку, веревка захлестнула петлю вокруг его ноги, и он болтается по палубе, как паяц. Впрочем, он мог привязать себя сам. Неважно. Я на грани безумства. Кажется, море стало ниже. Но по отношению к чему? Вот вопрос. В голове всего две мысли. Первая: все настолько невменяемы, что полностью в моей власти. Я могу сделать с ними все, что захочу. И вторая: как же я опустился, если допускаю подобные мысли? Ненавижу себя…

Честное слово, это не я прикончила несчастного парня! Он хотел что-то починить на палубе, привязал себя веревкой, чтобы волна не смыла за борт. Нашел время! Шторм подбросил его вверх и ударил о мачту. Моряк наверняка выполнял приказ этого идиота — капитана. Мой подопечный пьет, но нельзя сказать, что это сильно ему помогает. Он по-прежнему ненавидит всех, а себя – в первую очередь. Кажется, он заметил, что корабль затягивает в воронку. Феникс глубоко в душе отважный человек, раз рискует выбираться на палубу, где царствуют стихия и я!

Отказ от спиртного имеет свои побочные эффекты: ненависть захлестывает меня сильнее прежнего. Она стала моим убежищем от безумия, моей пищей. Но, в тоже время, я уже не могу  контролировать себя. Мне хочется схватить нож и бить. Зарезать их всех! За свою поломанную жизнь, за то, что они такие. За все унижения, за судебные процессы. Только осознание того, что где-то рядом шныряет капитан, удерживает меня. Кажется, я видел кое-что. Нет, конечно, я не видел – не мог видеть, но все же…девушка на палубе. Бледная, с черными, танцующими на ветру волосами. И глаза черные, как угли — они сверкнули мне сквозь серый туман вечного шторма! Обнаженная, прекрасная…. Я сошел с ума, у меня галлюцинации…

Владыка морей, он видел меня! Клянусь своим котлом в аду – видел! Он смотрел мне в глаза, и ненависть его гасла, как факел на ветру. Как он, мелкий, напуганный, трусливый, ненавидящий свою жизнь человечек, мог увидеть меня?! Мне стыдно признаться, но я смутилась собственной наготы. Этот подлец рассматривал меня! Да, я призрак, топящий корабли, но все же я женщина…

С ума схожу не только я. Видел из открытого люка, как капитан стоял на палубе и дико выл, глядя в черное, твердое небо, которое и небом-то трудно назвать. Вернулся в каюту, через минуту вломился он. Следы безумства на его лице так напугали меня, что я поднял с пола пустую бутылку. Он не обратил на это внимание, схватил меня за рукав, за горло, и зашипел прямо в лицо:

— Прекрати это! Хватит!

Говорил он на английском, в котором я не очень силен, но слова его вонзались в мозг, как раскаленные гвозди. Я понимал все. Она стояла у него за спиной, она – девушка с палубы. Призрак смотрел мне прямо в душу своими прекрасными черными глазами. На ней было белое платье…

— Ты убиваешь нас, — хрипел сумасшедший, — ты! В тебе причина!

Обвинение было настолько нелепым, что злость победила страх. Я оттолкнул капитана и закричал в ответ:

— Вы спятили! Я видел вас на палубе. Соберитесь, капитан! Отдохните, поспите, выпейте, в конце концов! Это недостойно — выть в небо и кидаться на людей!

Он рассмеялся: страшно, нелепо.

— Выть в небо?! Там почти не осталось неба! Над нами – вода. Мы в воронке и именно ты затягиваешь нас туда!

Я открыл дверь.

— Уходите, капитан. У меня нет желания слушать ваш бред. Вероятно, мы погибнем, но я хочу встретить смерть достойно.

 Он резко сел на пол, его затрясло.

— Слушайте меня! Это плохой корабль. Вы слышали про «морских демонов»? Знаю, что слышали! Один из них на борту, это точно. Чудовище среди нас! Таких штормов не бывает, я знаю. Этих исчадий ада притягивают на корабли черные, отравленные ненавистью сердца. Как магнит, как зов! Демоны топят суда в воронках, подобной этой. Опускают на дно. А что там, никому неизвестно. Возможно, мы погружаемся прямо в ад. Я долго следил за вами, и понял, что причина наших бед — вы и только вы! Очистите сердце от ненависти, раскайтесь! Еще не поздно, мы еще не достигли дна!

 Так говорил капитан. Я посмотрел на девушку. Чудовище? Исчадие ада? Я в жизни не видел никого прекрасней. Конечно, он лжет, он бредит. Она такая же жертва, как и мы.

— Уходите, — громко повторил я, — уходите и постарайтесь умереть с честью, как и подобает моряку!

 И он ушел, жалкий, напуганный. Вместе с ним исчез призрак. Теперь и капитан не сможет мне помешать. Даже если я поверю в его бред, ничего не выйдет. Ненависть сильнее меня… но кто она, кто?!

Происходит что-то непостижимое. Он снова видел меня, смотрел прямо в глаза! Никакого страха, Феникс был рад, счастлив, что увидел меня вновь! Что же происходит? И тут у меня забилось сердце. У меня забилось мое мертвое сердце! Я выскочила на палубу, шторм более мне неподвластен, плоть стремительно заполняла мое существо, горячая кровь побежала по венам. Мне стало холодно, страшно, мне захотелось плакать, вернуться к нему, обнять, на коленях молить о прощении…. Дьявол ухмыльнулся мне из пучины: «Ну, ты даешь, русалочка!» Как только я осознала, что жива, море заставило меня погрузиться в сон, дарящий спасение от ужаса шторма, порожденного мной. Последнее, что я помню – Феникс подхватил меня на руки. «Меня зовут Аминэ» — только и успела шепнуть я…

Все, кроме меня, спят. Они живы, рука Аминэ совсем теплая, девушка дышит легко и свободно. Что ей снится? Не знаю, но скоро она проснется. И босс проснется, и капитан. Это просто сон. Стараясь не смотреть на труп несчастного матроса, я подошел к самому борту, за которым стояла стена воды. Любимая спит, как ангел, но за грёзами обязательно следует пробуждение. За шагом следует невесомость. Секунду мы с «Эльфом» летели рядом, танцуя в гигантском вихре. А потом наши пути разошлись — яхта устремилась вверх, к спокойному морю, к спасению, я же начал опускаться вниз. Еще несколько мгновений я видел стремительно тающие очертания моего деревянного друга, до тех пор, пока тяжелые черные волны не сомкнулись над моей головой…

Автор: @Oleg_Screenwriter